Представленные прецеденты онтологического и метафизического способов философствования дают возможность типологически сопоставить онтологию и метафизику в познавательном отношении. Исходным состоянием, откуда начинается «любовь к мудрости», является обыденное бытование — анонимное и безликое существование людей (узники пещеры по Платону, das Man по Хайдеггеру), живущих в незнании своего незнания. Жизнь человека стихийно откладывается в структурах повседневности, автоматическое исполнение которых приводит к возникновению так называемого «здравого смысла» (или «житейской мудрости»). Такое знание еще не есть философское знание, которое по определению является транс-цендирующим. «Здравый смысл» не выходит за пределы обыденности, будучи имманентным ей, однако он служит той исходной почвой, откуда возникает философия.
Вырастая из повседневных структур здравого смысла (хотя и не только благодаря им), философия отрывается от их частности в намерении осмыслить целостность смысла жизни. Но не для того, чтобы отрешенно замкнуться в «башне из слоновой кости», а для того, чтобы вернуть жизни ее же собственный смысл. Замкнутость траектории движения философского мышления состоит не в его окончательной изолированности, а как раз в том, что оно исходит из жизни и возвращается в нее. Вот именно эта кольцевая структура, замыкающаяся на жизни, и устанавливает пределы философского познания. И именно в этом заключается возможность целостности философского знания и его самообоснованности.